Финансовый парфюмер, там где запах денег... (perfumero) wrote,
Финансовый парфюмер, там где запах денег...
perfumero

Category:

Банк Англии образца 1694 года как машинка для печатания денег 2 часть

Специально для https://vk.com/stepan_demurа Начало тут. Темна история восхождения Вильгельма Оранского на английский престол. Ему помогли деньги и купленное на них предательство. Кто мог дать ему нужную сумму? В то время короли брали в долг у тех, кого мы сегодня называем банкирами. И вот, придя к власти, король подписал Билль о правах, то есть законодательный акт, главной целью которого явилось вовсе не всеобщее и равное избирательное право, а ограничение королевской власти. Речь шла не о свободе и демократии для всех людей планеты. Британские банкиры-рабовладельцы думали только о себе. Это была защита от возможности «король передумал». Ведь, покопавшись, мы можем найти информацию, сколько именно банкиров участвовало в проекте под названием «Банк Англии».



«В 1694 году сорок купцов создают Английский банк». Число концессионеров минимально — а соблазн велик. В истории Англии людей казнили часто и помногу. Сорок «купцов» плюс родственники — это не проблема. Заговор раскрыли — головы отрубили, имущество конфисковали. А если никакого заговора в помине не было, так это несущественные мелочи. Пройдет триста лет, и историки напишут — время, мол, было сложное. Кругом происки врагов. Вот и организаторы нового Банка были подосланы католической партией и французским королем с целью ослабить Англию во время борьбы с соперниками. И король был вынужден принять жесткие меры…
Историю ведь пишут победители. А «печатная машинка» вот уже триста лет, с момента своего первого воплощения, победно движется по миру. И герои у нее свои собственные. Например, президент США Вильсон, подписавший акт о создании Федеральной резервной системы, изображен на самой крупной в истории денежной купюре в 10 000 долларов. Вот и современная британская историография очень любит Вильгельма III за то, что именно при нем банкиры достигли договоренности с королевской властью.Ему — финансирование борьбы за престол и долю в «печатной машинке», им — частный эмиссионный центр в Великобритании. Первая в истории человечества частная «печатная машинка», с помощью которой, используя ее чудесные свойства, появилась возможность покорять мир. А потом, победив, писать историю и делать ее героями тех, кто помогал созданию «печатной машинки». А мертвые герои всегда удобнее живых: за них можно говорить, за них можно объяснять, они все стерпят и будут молчать. Вот и король Англии Вильгельм III, помимо темной истории восхождения к власти, имеет темную историю смерти. Уж очень вовремя он умер…
Но об этом чуть позже. Хочется обратить ваше внимание, уважаемые читатели, на один момент. Великобритания являлась морской державой номер один на протяжении веков, пока пальму первенства не перехватила другая англосаксонская держава — США. А между прочим, в момент создания Банка Англии военные возможности Британии были меньше, чем у главного соперника Альбиона того времени: «Морская сила Франции в 1689 и 1690 годах была сильнее, чем у Англии и Голландии вместе». То есть Великобритания вовсе не являлась в тот момент грозой морей, таковой в конце XVII века была Франция. Французские каперы, базировавшиеся в Дюнкерке, полностью разрушили английскую торговлю. Их английские коллеги таких успехов не добились. В 1690 году в сражении при Бичи-Хэд французы разгромили английский флот, потопив двенадцать кораблей. Еще двадцать взорвали сами британские команды. Кто помнит сегодня это поражение британского флота? Зато всем известна величайшая победа адмирала Нельсона под Трафальгаром. Сколько кораблей потопили героические британцы в том эпическом сражении? Всего один! И еще семнадцать — во главе с французским адмиралом Вильневом — сдались. Историю пишут победители…
Но тем не менее англичане все же забрали пальму первенства в размере и силе флота. И произошло это как раз в начале XVIII века. Что же им помогло? Давайте вспомним, что необходимо было в то время для строительства большого числа новейших кораблей. Как и сегодня, главное — это деньги. Как известно, флот — это очень дорогое удовольствие. Его строительство многократно превосходит затраты на развитие сухопутных вооруженных сил. У обескровленной английской экономики «вдруг» нашлись огромные средства на строительство флота. Откуда? Средства, полученные от выпуска бумажных денег, от использования тайного ноу-хау банкиров, были брошены на получение военного превосходства для страны, где «печатная машинка» пустила корни.
Именно в эти годы выковывались основные принципы британской политики: не допускать создания сильной державы в Европе, стараться воевать чужими руками. Об этом много пишут. Главного принципа британской политики вы в справочниках не найдете: нигде не допускать создания сильного эмиссионного центра. Всегда следовать неизменному правилу — твоя валюта должна быть крепче, надежнее, удобнее, востребованнее, нужнее, чем все прочие деньги мира. Потому что уже в конце XVII века основатели Банка Англии поняли то, в правильности чего все человечество окончательно убедилось только сегодня. Не крепкая экономика делает валюту страны сильнейшей в мире, а наоборот — крепкая валюта делает экономику страны сильнейшей на планете. Сделайте свои деньги главными деньгами мира, и все остальное перетечет к вам само. Вывод напрашивается простой — ослабление конкурирующих: стран необходимо для ослабления конкурирующих валют.
Так рождался симбиоз умных и изворотливых финансистов и британского государства. Только после создания Банка Англии Вильгельмом III Оранским из тумана острова на политическую сцену явилась та Великобритания, которую мы знаем. «Великая Британия» — так правильно переводится название этой страны. Ее величие и раньше достигалось путем английского «ноу-хау» — разжигания смуты внутри сил противника. Так обрушили Испанию, а морские партизаны из Голландии — гезы — базировались в английских гаванях. Затем французские гугеноты получали оружие и деньги из Англии, о чем прекрасно рассказывал в своих романах Дюма. И вот к этой политической изворотливости добавилось еще одно изобретение, рожденное пронырливым умом банкира, — печатание денег из ниоткуда. Финансовая смекалка и банкирская хитрость очень удачно вписались в английскую политическую традицию. Все вместе дало поистине гремучую смесь того англосаксонского политического искусства, которое Великобритания применяла к своим врагам. И к своим друзьям, впрочем, тоже. С той поры англосаксы действуют в политике, следуя одному незыблемому правилу: правил не существует.
Вот теперь стоит вспомнить: кто же был главным противником англичан на рубеже XVII–XVIII веков? Ответ однозначен — Франция. Не будем углубляться в описание поистине бесконечного количества англо-французских войн на разных континентах и по разнообразным поводам. В качестве примера возьмем лишь одну из них — Войну за испанское наследство. Именно в ходе этого конфликта Англия сломила мощь Франции и вышла на первое место по силе и размеру своего флота: «Это превосходство прочно устанавливается и резко выделяется со времени Войны за испанское наследство. До этой войны Англия была одною из морских держав; после нее она сделалась морской державой, не имеющей соперника».
1702 год. Война за испанское наследство. Это было крупнейшее военное столкновение в Европе со времен Крестовых походов, «Король-солнце» решил посадить на трон Испании своего внука, что могло привести к созданию европейской мегаимперии — путем слияния в одном королевстве двух стран. А союз Испании и Франции был не просто опасен для англичан. Могло получиться слияние старого врага Англии, у которого британцы забирали и забирали колонии и золото, — Испании, и нового противника бриттов на мировой арене — Франции, Первой целью нового мощнейшего государства обязано было стать уничтожение Великобритании как колониальной державы. «Печатная машинка» оказывалась в величайшей опасности, едва появившись на свет. Чтобы спасти «новорожденного», нужно было использовать весь арсенал средств, которые только можно купить за деньги. И Англия тут же объявила войну Франции. Как мы помним, пустота казны была, якобы, одной из причин создания Банка Англии в 1694 году. А вот в 1702 году проблема отсутствия денег перед англичанами уже не стоит. Помимо несения собственных расходов на войну англичане субсидируют военные расходы Германии, Дании и Австрии.
«Почему Франция была угнетена и истощена, тогда как Англия ликовала и процветала? — пишет классик морской геополитики адмирал А. Т. Мэхэн. — Почему Англия продиктовала, а Франция приняла условия мира? Причина, очевидно, заключалась в различии богатства и кредита. Франция сопротивлялась одна против многих врагов, поднятых и ободрявшихся английскими субсидиями»
Но откуда у англичан взялись эти деньги и возможность подрядить на войну с Людовиком почти всю Европу? Деньги просто нашлись. Сами собой. Из ниоткуда. Из воздуха. «Несмотря на то, что мы вышли из тяжелой войны в 1697 году обремененными долгом, слишком значительным для погашения его в течение кратковременного мира, мы все-таки уже около 1706 года, вместо того, чтобы видеть флот Франции у наших берегов, ежегодно посылали сами сильный флот для наступательных действий против неприятельского». Экономические чудеса? Нет, чудес не бывает. Деньги обанкротившейся Британии дал (создал) Банк Англии. Вот у Франции нет средств на покупку лояльности других стран. Поэтому Савойя, начав войну на стороне Парижа, заканчивала ее уже на стороне Лондона. Ее просто перекупили. У англичан «вдруг» появляется очень много денег. И они могут не только платить, чтобы за них воевали другие. Теперь средства щедро выделяются на финансирование пятой колонны. Нет, тогда неправительственные некоммерческие организации (НКО) еще не были изобретены, не существовало «правозащитных организаций» и «независимых журналистов». Приходилось пользоваться тем, что есть. А в начале XVIII века во Франции из «несогласных» в наличии были только гугеноты. Несогласные с правительством Франции по религиозным мотивам, самые настоящие узники совести. И вот именно в 1702 году, когда началась Война за испанское наследство, во Франции в провинции Лангедок вспыхивает восстание гугенотов. В историю оно войдет под названием восстания камизаров.
Франция не отставала. Через год после своего свержения Вильгельмом король Яков высадился в Ирландии, где все было наоборот: протестанты-англичане угнетали католиков-ирландцев. Людовик — «король-солнце» — направил в Ирландию 7 тыс. солдат ему на помощь. Но военное счастье оказалось на стороне Лондона, а не Парижа. Борьба Франции и Англии не затихала ни на день. Когда США начали Войну за независимость, из Франции в Америку немедленно направился отряд «добровольцев» во главе с маркизом Лафайетом. Это были военные советники, а вовсе не восхищенные юнцы или восторженные поклонники свободы. В борьбе с главным врагом своей родины французы активно помогали восставшим североамериканским колониям. Например, писатель Бомарше в это время возглавлял подставную фирму «Родриго Горталес», через которую в Америку поставлялось оружие и боеприпасы. При первой возможности, в 1778 году, Франция признала независимость США и заключила с Вашингтоном союзный договор. И только ответный удар англичан в 1789 году, вызвавший революцию в самой Франции, поставил окончательную точку в этом вековом споре…
А вот теперь самое время вспомнить про загадочные происшествия в семье короля Людовика XIV. Начались они к концу той самой Войны за испанское наследство, которая началась через семь лет после создания Банка Англии. Не разбив «короля-солнце», «печатной машинке» не сделать было дальнейших шагов к мировой гегемонии. И тогда в ход пошли совсем другие методы…

Часто спрашивают: «За что мы сражаемся?». Могу ответить: перестанем сражаться — тогда узнаете.
В истории есть факты, о которых знает практически каждый. Существуют исторические персонажи, которые знакомы любому школьнику. Но спроси что-либо о таком известном человеке или факте «чуть в сторону», и ответить уже не сможет никто. Вот неоспоримый факт — в истории Франции монархи наследовали один другому. Очень долгое время всех их звали Людовиками. Имя не менялось — менялся лишь порядковый номер короля. Самым известным Людовиком (да и вообще самым знаменитым французским королем) был Людовик XIV. Он и есть тот самый «король-солнце», что построил великолепный дворцово-парковый ансамбль Версаля. Именно его Дюма описал в своих романах, надев на его брата-близнеца железную маску. Этого короля, еще мальчика, защищали от козней кардинала Мазарини д'Артаньян и три мушкетера. А до этого они защищали от другого кардинала — Ришелье — мать этого Людовика, королеву Анну Австрийскую.
Говоря современным языком шоу-бизнеса, Людовик XIV был и остается самым «раскрученным» французским монархом. О нем пишут книги и снимают фильмы, делают передачи о его любовницах-фаворитках. Между тем действительная жизнь «короля-солнца» была такой захватывающей и невероятной, что сюжеты Дюма по сравнению с ней — пресные и скучные рассказы. И вот об этом, самом загадочном и удивительном, романисты и историки молчат как рыбы.
Зато экскурсоводы много рассказывают о «короле-солнце» туристам. Всем, кто приезжает в прекрасный Версаль и красавец Париж. Что говорят? Король купался в роскоши и вел захватнические войны. Впрочем, его это никак не характеризует, потому что воевали в те времена все, и все старались хоть немного искупаться в роскоши. Кто из экскурсоводов поначитаннее да поумнее, тот обязательно скажет, что правил Людовик XIV очень долго — более семидесяти лет. Так что даже правление товарища Сталина по сравнению с этим царствованием было небольшой короткометражкой. Получалось, что менялись поколения, дети становились родителями, рождались внуки, а король все был и был, словно вечный и несменяемый символ власти. Можно вспомнить его крылатый афоризм: «Государство — это я».
А вот теперь вам вопрос, уважаемые читатели. Кем приходился Людовику XIV сменивший его на престоле Людовик XV? В каких родственных отношениях состояли «король-солнце» и его наследник? Этот вопрос я задавал многим. Правильно не смог ответить никто. Хотя, казалось бы, что может быть проще? Мы же все знаем этого короля, знаем Версаль, знаем в общих чертах историю Франции. Обычный ответ — «сын». Тот, кто понимает, что вопрос должен быть с подвохом, пытается нащупать правильную нить и отвечает «внук». Неправильно. Тогда обычно говорят — «племянник». Снова неверно. Тогда последняя попытка и ответ «отчаяния» — «никем не приходится». И опять ошибка.
После Людовика XIV, политика, построившего сильнейшую державу, государственного деятеля, стоявшего у руля страны семьдесят два года, трон унаследовал его правнук. И это при том, что «король-солнце» не страдал от отсутствия детей. И его дети имели детей. Но на трон вступил лишь правнук. Куда же они все подевались? Почему никто не задумывается о причинах столь странных событий?
Я очень часто удивляюсь тому, что историки отчего-то упорно не желают понять истинные пружины изучаемой ими дисциплины. И совершенно не хотят сравнивать даты одних событий с датами других. Наложить их друг на друга, как делают следователи, раскрывая преступления. Мотив, совпадения, косвенные улики. Именно на этих трех китах базируется следствие. Вот такое расследование проведем и мы. Попробуем понять, изучая историю тех лет, что же случилось с семейством «короля-солнца». Потому что закат его семьи совпал с первым, пока еще робким расцветом действий «печатной машинки», которая сегодня подмяла под себя почти весь земной шар. А тогда это были ее первые шаги по установлению мировой гегемонии. Чудовище еще только вылупилось на свет. И семья Людовика XIV была одной из ее первых жертв…

Людовику XIV было семьдесят три года. Ничто не предвещало беды. Первым, 13 апреля 1711 года, скончался сын короля и наследник престола, Великий дофин Людовик. В качестве причины его смерти называется оспа. Это точь-в-точь напоминает историю российского императора Петра II, который во время охоты якобы зашел в крестьянскую хижину выпить воды и заразился от больной девочки. Эта страшная болезнь тогда действительно часто «гостила» в Европе. Одно только но — дофин болел оспой в детстве, а на момент смерти ему было уже пятьдесят лет. А, как известно, дважды этим недугом не болеют. Однако наследник французского престола сгорел в несколько дней.
Так все же оспа? Или мышьяк? Окись мышьяка, белый мышьяк (As2O3), отлично подходит для преступлений: при растворении в воде не дает окраски и запаха. Есть и минусы — плохо растворяется. Но большого количества и не требуется: 60 мг — смертельная доза. И, что самое важное, симптомы отравления мышьяком очень схожи с симптомами многих болезней.
Отравление мышьяком очень сложно распознать: кроме желудочно-кишечного тракта он поражает нервную систему и кровь, вызывает заболевания слизистых оболочек и кожи. В то время некоторые умные люди так готовили себя к долгой жизни — лизали кусок мышьяка, постепенно увеличивая дозу, и становились нечувствительны к «любимому» яду того времени.
Фактов отравлений в истории существует масса. Есть и такие, которые до самого последнего времени считались естественной смертью — среди них и истории очень известных и влиятельных особ. Например — Наполеона Бонапарта. Для справки — один из поклонников французского императора уже в наши дни решил разобраться с причинами смерти французского императора. Как известно, Бонапарт после Ватерлоо сдался англичанам и был отправлен на остров Святой Елены, где и умер от рака желудка. Однако имелись подозрения, что его отравили. Чтобы разобраться, провели анализ сохранившихся волос Наполеона. Мышьяк откладывается в тканях, и этот факт, сопутствующий отравлениям, хотели установить или опровергнуть. Результаты свидетельствуют: великого сына Франции действительно отравили мышьяком. Количество яда в волосах Наполеона в тридцать восемь раз выше того предела, который способен выдержать человеческий организм. На сегодня факт отравления Бонапарта доказан с абсолютной точностью, но в книгах об этом человеке еще, наверное, столетия будут писать, что он умер от естественных причин. Кто же его отравил? Травили систематически — Наполеон умер не скоропостижно. Яд давался многократно. Напомню — охраняли Бонапарта исключительно англичане, и в тот момент он был главным врагом Альбиона, который реально поколебал мировую гегемонию Великобритании вместе с мировой гегемонией Банка Англии.
А до этого место главного мирового злодея в списке англосаксов с большим отрывом занимал Людовик XIV. И «бактериологические несчастья» стали преследовать его семью с удивительной частотой. После смерти сына «короля-солнца» от оспы наследником престола стал его внук, герцог Бургундский. Но пробыл он в этой роли совсем недолго. В начале февраля 1712 года при странных обстоятельствах умерла его молодая жена. Несколько дней ее лихорадило. Принцесса не могла уснуть, а врачи не отходили от нее ни на шаг. Что происходило с несчастной Марией-Аделаидой, было непонятно. Ничего не помогало — ни популярные тогда кровопускания, ни опиум. Толком диагноз ей так и не поставили. Бедняжка так страдала, что наследника к ней просто не пускали, чтобы он не слышал ее крики. А позже даже попросили переехать в другие апартаменты, так как принцесса умирала прямо над комнатой мужа. 12 февраля 1712 года герцогиня скончалась. А через несколько дней пятнами покрылся и ее безутешный супруг, наследник престола герцог Бургундский. Боль во всем теле дофина быстро сделалась невыносимой. По словам больного, ему казалось, будто все внутри него горит. Через шесть дней, 18 февраля 1712 года, герцог Бургундский умер. Отчего — совершенно неясно.
Сиротами остались двое малолетних детей, один из которых стал наследником французского престола. И тут странную избирательность в очередной раз продемонстрировали микробы, бактерии и вирусы. Они отчего-то стремились поразить исключительно наследников французского трона. Герцог Бретонский пяти лет и его трехлетний брат герцог Анжуйский заболели всего через две недели после смерти своего отца и матери. Заразились от родителей? Нет. Потому что детям был поставлен диагноз «скарлатина», а родители умерли от непонятной лихорадки, похожей на корь. Вы уже улавливаете логику? Только стал наследником престола — и сразу смертельно заболел. И моментально умер. Побыв в роли наследника всего семнадцать дней, 8 марта 1712 года ребенок-герцог скончался.
Это был уже третий наследник семидесятичетырехлетнего «короля-солнца», умерший в короткое время. Трехлетний брат, заболевший вместе с наследником, долго находился между жизнью и смертью, считался безнадежным. Говорят, что по приказу короля было найдено какое-то противоядие, и ребенок выжил.
Математика — точная наука. История ей в этом уступает. Для решения математической задачки нам выдают точные данные, иначе ведь ничего не получится. В случае с историей мы имеем причесанные пересказы и полное отсутствие важнейших данных. Были ли отравлены близкие «короля-солнца»? Чтобы ответить на этот вопрос, нужно знать, сколько слуг в то время «случайно» выпало из окна, скоропостижно уволилось или утонуло в ближайшем пруду. Сколько поваров было повешено или умерло в расцвете сил на своем боевом посту. Кто из придворных и приближенных неожиданно решил все свои финансовые проблемы неведомым образом. Сколько лейб-медиков подавилось за обедом куском мяса или замерзло в лесу, случайно упав с лошади. Нужно знать, умер ли еще хоть кто-то в королевском дворце, или эпидемия всегда «ограничивалась» только наследником престола. Но таких данных у нас нет…

Добавиться в друзья можно вот тут

Понравился пост? Расскажите о нём друзьям, нажав на кнопочку ниже:

Tags: Англия, ФРС, бангстеры, банк, история
Subscribe

Recent Posts from This Journal

promo perfumero Сьнежань 15, 23:59 19
Buy for 20 tokens
В продолжении по циклам солнечной активности. Спасибо taxfree за тематику данного поста. Как утверждается Владимиром Левченко - после экстремумов, т.е. максимумов и минимумов солнечной активности, на следующий год всегда наблюдается провал в темпах роста мировой экономики. Левченко утверждает,…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments